Стали птицы песни петь и расцвёл подснежник,
Из коляски выполз я – стал весну встречать.
Только мама строгая мой азарт, конечно,
Не совсем одобрила. Надзиратель-мать!
Ух, какие голуби. Дай-ка вас поймаю,
Посчитаю перышки, потреплю за хвост!
Мама, что за кучечка теплая такая?
Повозю в ней пальчиком... Но услышал “брось!”
Ай, какая палочка. Видимо – скучает.
Поиграю с палочкой, будет мне кларнет!
Только мама строгая, вредина такая,
Выкинула палочку: “я сказала НЕТ!”
Ой, какая лужица. Надо дно нащупать.
Ниагарский, мамочке – сбацать водопад.
В брызгах этих радостно носиком похлюпать.
Только вижу, этому – я один лишь рад.
Ой, какая девочка. Розовая шапочка.
Ну, давай обнимемся, - как же не хочу?
Отдавай тогда скорей мне свою лопаточку,
Я ж не знал /о, женщины!/ - пО лбу схлопочу.
В общем, зря надеялся, на весну, как праздник я,
Растерялся мигом мой юношеский пыл.
И стою обиженный, раненый и грязный я.
Кто весны приходом тут очарован был?
Заползу в коляску злой – нет простора шалостям!
Посоплю минуточку – и скорей засну.
Мама, ты зимой меня разбуди, пожалуйста,
Ну её, занудную, первую весну!
